В годы войны фашисты сожгли целый ряд крымскотатарских сёл. Одно из них – Куртлук (ныне Пчелиное) Карасубазарского (Белогорского) района. Представляю вашему вниманию воспоминания уроженки этого села Лёмгъан Мамбетовой.
Лёмгъан Мамбетова родилась в 1932 г. (записали 1930 годом) в селе Куртлук Молбайского сельсовета Карасубазарского района Крымской АССР. Её отца звали Мамбет, он работал в колхозе, мать – Сабе – тоже занималась выращиванием табака в колхозе.
В семье было 4 детей – 2 мальчика и 2 девочки. До войны один брат Лёмгъан работал в магазине в соседнем селе Молбай, а во время войны воевал в рядах Красной армии. Отца Лёмгъан в армию не взяли из-за проблем со зрением.
Во время войны фашисты сожгли многие сёла Карасубазарского региона, среди них – Тайган, Молбай, Камышлы. Когда оккупанты объявили, что село Куртлук тоже будет сожжено, отец Лёмгъан нашёл дом в Карасубазаре, где семья и жила до самого конца оккупации.
После освобождения Крыма от фашистов семья Лёмгъан снова вернулась в село Куртлук. Их дом частично сохранился, сгорел только чердак. Кладовка осталась целая, и в ней хранилась мука.
Когда начались весенние полевые работы, отец Лёмгъан начал обрабатывать землю. Но крымскотатарский народ уже ждала новая трагедия – депортация из Крыма. Всех жителей села погрузили на грузовые машины, но семья Лёмгъан ничего не успела взять – все их личные вещи остались в Карасубазаре. «Все вещи остались переселенцам» — вспоминает Лёмгъан-абай.
Семья попала в один из колхозов в Наманганской области Узбекистана, занимавшийся выращиванием хлопка. Поначалу местное узбекское население приняло крымских татар очень плохо. Тех, кто собирал мало хлопка, вызывали в контору, где председатель колхоза мог наказать и применить физическую силу («раис къыйналды котеплеп, котеплеп»).
«Татар келе ята, эшкин япын (ёпинг), эшкин япын!» — говорили между собой узбеки, что в переводе с узбекского означает «Татары идут, закрывайте двери!».
Уже через несколько месяцев жизни в ссылке отец и мать Лёмгъан умерли. Её второй брат в это время уже тоже служил в Красной армии и защищал страну от фашистов. Лёмгъан осталась вдвоём со старшей сестрой (абай).
Как-то приехал их проведать дядя (дайи), который вместе со своей дочкой при выселении попал в Коканд. Лёмгъан попросила дядю взять её с собой. «Если честно тогда и надеть было нечего, не было обуви и вещей, всё осталось в Крыму», – вспоминает она. У дяди была своя семья, но он помог девочке поступить в школу ФЗО (фабрично-заводского обучения).
Позже с фронта живым вернулся один из братьев, но у него одна рука была повреждена боевой травмой.
Лёмгъан-абай всю жизнь прожила в Коканде, вышла замуж за уроженца села Соллар (ныне Красная Слобода) Карасубазарского района, родила и воспитала 4 детей.
В конце 1980-х семья Лёмгъан-абай смогла снова вернуться в Карасубазарский район, но не в родной Куртлук, а в село Беш-Аран (ныне Новожиловка).
Факты о селе Куртлук (со слов Лёмгъан-абай)
У нас принято называть коренных жителей средней полосы Крыма — таты. Но правильно ли это в отношении Карасубазарского региона? Сами себя жители горных селений Карасубазарского региона (села Баксан, Куртлук и др.) называют «тав бою адамлар», а татами они называли людей за перевалом — жителей Южного берега Крыма (сёл Кучук-Узень, Улу-Узень и др.).
Лёмгъан-абай рассказывала, как ходила ещё до войны через Караби яйлу (джайляв) в село Улу-Узень. Дядя Лёмгъан взял на воспитание девочку по имени Васфие из этого села. Вместе с ней они и ходили из Куртлука в Улу-Узень.
Лёмгъан-абай знала название некоторых местностей, рядом с селом Куртлук: Яврун мезары, Къыдырлез къоба, Эки джолын ортасы, Дёрт козь къоба.
По словам Лёмгъан-абай, была ещё местность под названием Къарахба (карабгъа) – там сохранились заброшенные фундаменты и стены домов, печи (соба), фонтаны (чешме). Когда они спрашивали, кто жил в этой местности, её отец говорил (примерно в 1932-35 гг.), что там раньше жили «урумлар».
На самом деле исторически достоверно известно, что до 1778 г. в Карасубазарском регионе в горной – лесной зоне по соседству с селом Куртлук, было несколько ромейских сёл, одно из них известно под названием Каракуба. В 1778 г. всё христианское население Крыма было переселено в Приазовье. Выходцы из Каракубы основали там село под таким же названием (ныне Раздольное). Кстати, бывший премьер-министр АРК Василий Джарты был как раз родом из села Каракуба, что в Донецкой области.
Лёмгъан-абай вспомнила, какие праздники были до войны. В основном, отмечали коммунистические праздники — например, праздник 1 мая, а религиозные мусульманские праздники были запрещены. Во время оккупации праздновали Курбан-байрам и Ораза байрам.
Лёмгъан-абай также вспомнила, что будучи детьми, они ходили от дома к дому и кричали хозяевам:
«Эчкиджыгим бар эди,
Улакълайим дер эди,
Улахласа ич болур,
Чобанлара …(куч)… болур».
Это похоже на колядку, которую дети произносили на Йылбаш байрам.
На весенний праздник Наврез дети ходили в лес за цветами, делали букеты, потом приходили к маме и говорили:
«Наврез кельди корюнюз,
Корюмлюгин беринъиз,
Аза Навруз мубарек».
Жители села Къуртлукъ, которых вспомнила Лёмгъан-абай во время беседы:
Аблязиз акъай — пастух, смотрел колхозных овец; Арслан эниште — председатель колхоза в селе Куртлук; дядя Ильяс-эмдже.
Беседа с Лёмгъан Мамбетовой была записана 25. 12. 2013 г. Запись можно послушать с 39.20 минуты по этой ссылке.