После возвращения в Крым Куртмемет-къартбаба и Айше-бита Межмидиновы поселились в селе Мамут-Султан (ныне Доброе). Эта супружеская чета — уроженцы Балаклавской долины.
Куртмемет-агъа родился в 1924 г. в селе Кучка (Кучки), в Балаклавском национальном (крымскотатарском) районе Крымской АССР. Его супруга Айше-бита родом из соседнего села Чоргуна, родилась она в 1924 г.
В 15 лет Куртмемет-агъа уже работал в селе на водяной мельнице вместе с русским по имени Ваня из села Каралез, который говорил по-крымскотатарски. Местность, где они работали, называлась Дегирмен-багъча. Ещё одна водяная мельница была в сторону села Уркуста, но была сломана.
Предвоенные годы были неспокойные и противоречивые. В селе был один кулак, имел хороший дом, его репрессировали, а всё имущество забрал колхоз. Колхозу нужна была контора. Люди работали в колхозе за трудодни.
Война
Куртмемет-агъа не призвали в армию из-за того, что он работал на мельнице, и ему дали бронь, как специалисту. После оккупации Крыма фашистами Севастополь продержался ещё 9 месяцев. Впервые жители села Кучка увидели фашистов в 1942 г. Село переходило из рук в руки, один день в селе – фашисты, другой – советские войска. Самолёты постоянно летали и бомбили…
Фашисты проводили свою политику. Людям вернули землю в частную собственность. Был определенный порядок, за воровство наказывали. Если были многодетные семьи, то заставляли односельчан помогать обрабатывать их землю.
В 1944 г. советская армия освободила Крымскую АССР от фашистов. Куртмемет-агъа хотел отремонтировать мельницу, ездил в штаб, чтобы взять разрешение, приехал даже в Симферополь. Везде слышит слух, что скоро будут выселять добровольцев и полицейских. Если Куртмемет-агъа остался бы в дороге в другом селе переночевать во время выселения, то его всё равно бы выселили.
Выселение. 18 мая 1944 г.
При выселении ничего не успели взять. Работники НКВД торопили и говорили, что на местах вам всё дадут. «Дали сараи для ослов» — говорит Куртмемет-агъа.
Всех собрали возле табачных сараев. Там ждали военные грузовые машины. В каждую машину грузили по 5-10 семей. Село было маленькое, и всех быстро выселили. Севастополь был наводнён военными, ведь только 9 мая 1944 г. из Севастополя изгнали последних фашистов…
В местах ссылки Куртмемет-агъа попал в местность Пахта (Янгиюль) Ташкентской области, Узбекской ССР. Женился в 1946 г. У Куртмемет-агъа и Айше-бита 4 сына и 2 дочки.
Куртмемет-агъа жил неплохо, работал парикмахером.
В Пахте жило 300 семей выселенных крымских татар. После Указа 1967 г. «О гражданах татарской национальности, проживавших в Крыму» многие семьи поехали обратно в Крым, но им не дали там жить, поэтому часть осела в Краснодарском крае.
Возвращение
В 1976 г. Куртмемет-агъа женил сына. Потом встал вопрос – возвращаться в Крым или строить ещё один дом для сына в Пахте? Спросил у детей, все дети говорят: «Едем в Крым!»
Вернулся Куртмемет-агъа с семьёй в Крым в 1976 г. на свой страх и риск. Родной Балаклавский район уже считался военной зоной, куда можно было попасть только по пропуску. Тогда крымских татар по всей территории Крыма не прописывали, не говоря уже о запретной зоне. А до 1944 г. там был Балаклавский крымскотатарский район, где численность народа была более 50%. Все должности в местных органах власти занимали представители коренного народа.
Приехали в Крым, начали искать ночлег, но никто из переселенцев даже близко не протягивал руку помощи. Никто не предлагал переночевать (эвине алмай). Пришлось спать на улице.
Позже нашли знакомого по имени Джафер. Он им помог найти дом с селе Мамут-Султан (Доброе). До них в Добром уже жили 1-2 семьи вернувшихся из ссылки крымских татар. В течение 6-7 лет в дом Куртмемет-агъа каждый день приходили работники милиции, чиновники и угрожали, что будут выселять. Терпели, много чего перевидели за время новой жизни в Крыму. Куртмемет-агъа говорит, что всё, что он пережил, в книгу не поместится.
Одного сына призвали служить в армию, был в горячих точках на войне с Афганистаном, младший сын отслужил в Белоруссии. Он спортсмен, занимался штангой, потом поступил в институт.
После возвращения в Крым Куртмемет-агъа ездил в родное село Кучка, но там ничего не осталось – даже надмогильных камней, ни одного фундамента домов, всё снесли.
Куртмемет-агъа помогал возвращающимся крымским татарам закрепиться в Крыму. После их возвращения уже многие приехали в Салгирскую долину. Куртмемет-агъа вспомнил двух женщин, которые участвовали в национальном движении. «Ветан ичюн джаныны верген хадынлар» — так их охарактеризовал Куртмемет-агъа и хотел, чтобы я написал про них. Они приехали из Намангана, одну звали Джевиде Ганиева (а может и Гафарова), а её сестренку Халиде (хардашы). Они были родом из Корбека, примерно одного возраста с Куртмемет-агъа. Он помогал им найти дом. Нашли времянку в селе Ёлман (Джолман, ныне Пионерское), жили на улице Алуштинская, 99 возле дороги. Одна женщина была журналисткой, она писала обращения в Москву, другая сестра печатала на машинке. Все обращения печатали скрытно, чтобы не поймали. Под столом всегда было укромное место, куда прятали печатную машинку. Как-то одна из сёстер умерла, нужно было организовать похороны по нашим обычаям. В этом была сложность. Ведь тогда вернулось мало семей в Крым, стариков не было, кто бы знал религиозные и похоронные традиции. А никого нет. Куртмемет-агъа пришлось вместе с муллой Асаном провести обряд похорон…
Жена
Супруга Куртмемет-агъа Айше Межмидинова родилась в 1924 г. в селе Чоргъуна. Ее отца звали Смаиль Мурза. По словам Айше-бита, фамилию Мурза отец получил, потому что помогал бедным.
Дядя (дайи) Айше-бита Сеитасан Ибраимов был первым секретарем райкома, во время оккупации воевал в партизанском отряде. Ибраимов был женат на полячке, от которой у него была дочка. Во время войны он решил дочку забрать в лес. Когда выходил из дома в Симферополе на ул. Гоголя, его схватили фашисты и сразу повесили воле дома. Труп провисел целую неделю.
Воспоминания о селе Кучка
По воспоминаниям Куртмемет-агъа, в селе Кучка было примерно 100 домов, это было маленькое село. Дома были в основном одноэтажные, но 5-10 домов было 1,5 этажных. Крыши домов были черепичные (татар кираметы — черепица-«татарка»)
Село Кучка находилось в ущелье. В селе были кварталы Юхары маале и Ашары маале. Ещё был один квартал в сторону села Уппы, название не вспомнил.
В Кучке была школа-четырёхлетка. После её окончания продолжали учиться в школе села Чоргъуна.
В селе была мечеть, рядом находилось кладбище. Для кладбища искали землю с мягкой породой, без камней, чтобы копать могилы было легче.
Вокруг села был лес, где собирали фындых, алма, ахлап, кирез, ювез.
Мимо села Чоргъуна протекала река, но ее название Куртмемет-агъа не вспомнил. В Кучке был один источник воды (чохрах).
В селе выращивали пшеницу (богъдай), ячмень (арпа), табак (тутун), были сады и виноградники. Куртмемет-агъа вспомнил сорта винограда (чауш, шашла) и сорта яблок (кандиль, сынап, бумажный, гульпемпе).
В селе занимались животноводством, была ферма. Держали коз, овец, коров, лошадей. Муж сестры (эниште) работал на шампанском заводе в Балаклаве.
На Хыдырлез-байрам в селе Кучка красили яйца (йымырта бояларди). Эта традиция сохранилась также в селе Улу озен. На праздник собирались на поляне, вспоминали предков, читали молитвы (мефталаргъа ясин охуп), потом всех угощали. Возле святых мест было дерево, на которое завязывали куски материи (чул байлямагъа).
Зимой был праздник Йылбаш байрам. Дети ходили от двора к двору, у них это называлось «эчкиджик ойнатмах». Хозяева домов выходили и давали детям деньги, сухофрукты…
По словам Куртмемета-агъа, праздника Наврез в Балаклавском районе не было. Впервые об этом празднике он узнал от узбеков в местах ссылки и от турков.
Воспоминания о селе Чоргъуна
По воспоминаниям Айше-бита, это было крупное село, в котором было 6-7 кварталов, в том числе Ашаа, Юхары, Хырым йылдыз, Когун.
В Чоргъуна было примерно 450 домов (хане). Везде были голые возвышенности (тюз байирлар), только в сторону с. Кучка был лес.
Воду брали из колодцев (къую).
Беседа состоялась 10 ноября 2010 г. Запись можно послушать здесь:
https://www.youtube.com/watch?v=zPN_1pv3TDQ
https://www.youtube.com/watch?v=xO8HmF1UESw